Калининградская легенда: ветеран Демешева об ужасах войны и чувстве юмора

0

Нину Петровну Демешеву в Калининградской области без преувеличения знают все. Она приехала в тогда еще Кёнигсберг сразу же после войны и практически все время была на виду, вела активную общественную работу. Когда говорят о Нине Петровне, сразу вспоминают один факт ее биографии – как молодая солистка фронтового ансамбля, в преддверии Великой Победы она танцевала чечетку на ступеньках Рейхстага. Но у нее от войны остались и совсем другие воспоминания: холод, кровь и большое горе.

Санитарка под огнем

Уроженка Тамбова, тогда еще 17-летняя Нина Скворцова, начала службу в 41-м году в санитарном поезде — в таких возили из госпиталей далеко в тыл тяжелораненых. В 1942-м, когда в Воронеже поезд разбомбили, она была переведена на Сталинградский фронт, в «санлетучку» — это товарные вагоны, которые подходили к Сталинграду, принимали раненых и отвозили их по госпиталям.

«После Сталинградской операции я была откомандирована в медико-санитарный батальон – медсанбат — на Курскую дугу. Наша армия освобождала Орел. Сутки, двое, трое – сколько длится бой, столько и мы работаем, смены-то никакой не было. Буквально в обморок хирурги падали, уставшие, делали операции. Времени не было ни поесть, ни попить, ни поспать», — вспоминает Нина Петровна.

По окончании Курской операции Советская армия пошла на Украину, освободила Харьков. Демешева попала на передовую, в пехотную роту санинструктором.

«Он меня чуть не раздавил. Но потом его тоже откомандировали в ансамбль, у него такой голос был, «баритонище». И там мы полюбили дружки-дружки, и нам разрешили жить вместе. В октябре 45-го мы демобилизовались, уже из Австрии, приехали ко мне в Тамбов. Мама, папа, сестра, однокомнатная квартира, жить негде, работы нет. И когда стали приглашать, «вербовать» в Кёнигсберг, мы согласились», — рассказывает Нина Петровна.

Так она оказалась в Калининградской области – отошедшей к СССР части Восточной Пруссии. Обещанных квартиры и подъемных денег не дождались, постепенно всего добились сами. Сначала муж пошел работать водителем, потом оба устроились во флотский ансамбль песни и пляски. Прожили вместе 54 года. Алексей Демешев страдал онкологией, уже 20 лет Нина Петровна без него, последние 10 лет живет в калининградском доме ветеранов.

«Я жила на пятом этаже, а у меня суставы очень болят, просто не могла двигаться. Муж, когда болел, четыре года не выходил из дома, дышал воздухом на балкончике, и меня это ждало. Когда построился дом ветеранов, я зашла – батюшки, как хорошо. Мне эту квартиру дали. Кто-то думает, что это дом инвалидов или дом престарелых, или что-то типа этого – абсолютно нет, это обычная квартира, за которую мы платим как все», — рассказывает Демешева.

«Маленьким рассказываю о том, как нам собаки помогали, выносили с поля боя раненых, вытаскивали из воды, им это интересно. В школе выступаю, там уже вопросы задают. Ну вот например, какой косметикой вы пользовались. Я говорю – зимой снегом, летом – водой из болота. Удивляются. Вторая спрашивает: «А любовь на фронте была?». Я говорю: не было бы любви, тебя бы не было на свете», — смеется Нина Петровна.

Взрослым достаются воспоминания «без купюр» — про участие в боях, про то, какая картина предстает после полуторачасовой артподготовки.

«Зашли на территорию, которая обстреливалась, а там руки, ноги, кишки на деревьях, головы валяются. Один вид в такое жуткое состояние вводит. А как мы на танках влетели в деревню, разведка сказала, что там немцев нет, за ночь они перешли. Туман, не видно ничего. Спешились, такой был страшный бой – штыковой. Из роты почти 100 человек осталось 12 человек живых. Один солдат ползет без челюсти, у него языка нет, другой ногу за собой волочит почти оторванную. Какой это был кошмар», — вспоминает Демешева.

«Я всех призываю в армии служить, Родину защищать. Мы так воспитаны были – что, прежде всего, Родина, а уж потом ты. У нас в разведке мальчишка был 10 лет – орден Красной звезды получил. Память у него была исключительная. К немцам его забросят в деревню, он вроде как побирается, а он засекает, где пушки, где пулеметы. Приходит, ему карту разворачивают – он крестиками отмечает, где что», — говорит Нина Петровна.

Столько времени прошло, а воспоминания свежи, и не подменить их современными фильмами. А кино про войну Нина Петровна смотреть не любит.

Из родных у Нины Петровны в Калининграде есть племянник с семьей. «Не забываем друг друга», — говорит она. Но вот возможность иметь своих детей забрала война.

«Господи, какие могут быть дети, столько пришлось пережить тяжестей. Когда в пехоте служила, не помыться, прыгаешь в окоп с грязной ледяной водой, мокрая вся насквозь. Вшей вагон, это просто уму непостижимо. Тащишь этого тяжеленного раненого мужика, сил нет никаких, и так всю войну», — рассказала Нина Петровна.

И в войну, да и сейчас жить помогало и помогает чувство юмора, а оно у Нины Петровны отменное.

«А без юмора никак. Вот на фронте столько и забавных случаев было. Как-то у меня не было каски, и вдруг ночью нашла бесхозную, обрадовалась, думаю, вот она. Нацепила на себя. Утром выяснилось, что кто-то в ней как в котелке кашу варил. И вот я красавица – вся голова в саже, в каше, ужас», — смеется Нина Петровна.

«Это я с Путиным, — рассказывает Демешева. — Держу кулак перед ним, так желаю ему здоровья, здоровья, здоровья. Так вот взяли у меня эту фотографию, в газету в какой-то город в области, в кулак мне вмонтировали розы. А вот Рогозин, это мы в 2013 году в Волгограде, он мне говорит: «А вы здесь живете, наверное». Я говорю: «Да нет, воевать пришлось». Он мне так удивленно: «Как так, а сколько вам лет, лет 65?» Я тогда уже 90 отметила. Он как-то испугался даже».

Нина Петровна награждена орденом Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда», «За взятие Праги», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945». Награждена орденом «Честь и мужество». Ее имя занесено в книгу «Лучшие люди России». В преддверии главного праздника парадный китель Нина Демешева далеко не убирает.

«Веду активный образ жизни, очень много выступаю – от детских садов до вузов. Отметила 95 лет 20 января – но я их как-то не чувствую ни в коей мере. И те, с кем я общаюсь, тоже не чувствуют «старья» с моей стороны», — говорит Нина Петровна.