Оператор «Добро пожаловать в Чечню» объяснил уникальную технологию замены лиц

Режиссер Аскольд Куров, снявший документальный фильм «Процесс» об Олеге Сенцове, в феврале представлял на Берлинале картинe «Добро пожаловать в Чечню» американского режиссера Дэвида Франса, где он поработал как оператор и продюсер. Фильм о тех, кто спасает и вывозит из Чеченской Республики людей нетрадиционной ориентации. Режиссер пошел тем же путем, что Мартин Скорсезе в игровой картине «Ирландец», где лица Роберта Де Ниро и других звезд омолодили при помощи новейших технологий. А здесь им  подарили чужие лица, чтобы никто не пострадал. Премьера фильма  только что состоялась на канале HBO, и  посмотреть его смогут  на территории Северной Америки, а затем и другие зрители на BBC.

Аскольд Куров.

Мировая премьера прошла в США на фестивале «Сандэнс», где фильм получил награду за лучший монтаж. Потом была международная премьера на Берлинском кинофестивале в программе «Панорама-док» с последующей наградой — призом зрительских симпатий. На крупнейшем документальном фестивале в Салониках совсем недавно  «Добро пожаловать в Чечню» получила гран-при «Золотой Александр». Мы поговорили с российским участником картины Аскольдом Куровым.

— Как вы попали в этот проект?

— Режиссер Дэвид Франс прочитал в «Нью-Йорк таймс» статью о том, что происходит в Чечне, и сразу же захотел снимать об этом фильм. Поскольку сам не мог сразу приехать,  начал искать оператора в России. Ему порекомендовали меня. В 2014 году мы с  Павлом Лопаревым сняли фильм «Дети- 404» о ЛГБТ-подростках в России, который был показан по всему миру, в том числе и в Нью-Йорке. Дэвид видел его и обратился сначала к Павлу, а он рекомендовал меня. Мы с Дэвидом стали общаться, и я до его приезда начал снимать, а  потом мы уже вместе продолжили работу.  

— Как вы работали с лицами своих героев, меняли одни на другие?

— Это уже происходило после того, как фильм был смонтирован. Изначально идея Дэвида о том, что можно этих людей в принципе снимать, казалась  совершенно  немыслимой.  Они же скрывались, боялись, что  обо всем узнают их родственники. Они тайно покидали Россию, были напуганы и травмированы. Казалось, что им точно не до фильма, но Дэвид верил, что это необходимо сделать и сумел убедить  наших героев в том, что это важный документ  для правосудия. Он дал слово, что  полностью изменит внешность героев так, что их  невозможно  будет узнать. Приступая к работе, мы еще точно не понимали, какая технология будет использована. Были разные варианты. Например, анимировать героев. В итоге применили технологию  deep fake. Она впервые применена в кино. До этого использовалась в роликах в качестве приколов. 

— Как это происходило?

— Больше 20 человек в Нью-Йорке, в основном, активисты, согласились предоставить свои лица в качестве щитов для героев. Их сняли в студии с разных ракурсов, оцифровали особым образом, а потом с помощью искусственного интеллекта наложили на лица наших героев так, что лица дублеров полностью повторяли  их мимику и движение глаз. Таким образом, сохранялась  человечность, которой не удалось бы достичь с помощью анимации. Для зрителей это подмена не имеет особого значения, поскольку они не знают, как выглядят настоящие герои. Они видят все эмоции, которые эти люди проживают.  

Оператор «Добро пожаловать в Чечню» объяснил уникальную технологию замены лиц

— У тех, кто подарил вам свои лица, были опасения?

— Какая-то доля риска и героизма есть в их поступке. Они живут в Америке. Не думаю, что их станут преследовать за то, что они в принципе участвовали в фильме. Надеюсь, что они в безопасности.  

— Вы видели фильм Скорсезе «Ирландец»?

— Видел. Там абсолютно та же технология, за исключением того, что на лицо Де Ниро накладывается  лицо самого актера, но в более молодом возрасте.  А в нашем фильме – это совсем другие лица. 

— Какой был отклик в Чечне?

— Мы пока не слышали никакого отклика. Был только сюжет на телевидении. В нем участвовала чеченская правозащитница, которая, по ее словам, пыталась проверить факты, но не нашла подтверждений того, что кого-то преследовали. К такому выводу она пришла на основании того, что не видела никаких заявлений в следственном комитете. Хотя есть заявление Максима Лапунова – единственного, кто отважился его написать. Его  семье пришлось покинуть Россию.     

— Снимали в основном в Москве или в Грозном? 

— Я в Чечню не ездил, но Дэвид с другим оператором побывал там,  в фильме есть эпизод —  один из самых сильных —  когда эвакуируют девушку.  

— Что вы будете делать дальше уже как режиссер?     

— Я  монтирую еще один фильм  про Олега Сенцова, который  снимал в 2018 году. Это история о том, как  его друзья и коллеги в то время, когда он ушел на голодовку, желая его поддержать, дать надежду и работу, организовали  съемки  фильма по его пьесе «Номера». Олег режиссировал из колонии удаленно через адвоката, писал подробные письма с указаниями для актеров, художников, операторов. Он утверждал кастинг, костюмы и декорации по фотографиям. В Киеве на  студии все это обсуждали и по его указаниям работали. А я снимал сам процесс съемок в Киеве, встречался с Олегом  в Лабытнаги, когда ездил туда с его адвокатом.