Позиция руководства России по Южной Осетии и Абхазии была единой, заявил Медведев

0

Позиция высшего политического руководства России по признанию независимости Южной Осетии и Абхазии в 2008 году была единой, заявил премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, занимавший тогда пост президента.

При этом он отметил, что дискуссии в прессе, обществе по данному вопросу были. «Дискуссии были, есть и будут всегда, это совершенно нормально для любого гражданского общества. Дискуссии были и тогда, достаточно поднять прессу того периода, в интернете посмотреть, какие были дискуссии. Но если говорить о позиции высшего политического руководства, то позиция была единой», — сказал Медведев в интервью газете «Коммерсант», посвященном 10-летию грузино-югоосетинского конфликта.

По его словам, признание суверенитета Южной Осетии и Абхазии было единственным лучшим решением. «После завершения военной составляющей кампании по «принуждению Грузии к миру» встал вопрос «А что дальше?» – естественно, прежде всего передо мной как главой государства. Я определённое время думал и пришёл к выводу, что ничего лучше, чем признать независимость двух этих образований, по всей вероятности, предложить невозможно. Я руководствовался прежде всего тем, чтобы сохранить прочный мир на будущее, сохранить стабильность в Закавказье, сохранить стабильность в нашем регионе. И это, на мой взгляд, был единственно возможный шаг», — рассказал глава российского правительства.

«Через некоторое время я переговорил с председателем правительства Владимиром Владимировичем Путиным. Он меня тоже в этом поддержал. После этого вопрос был вынесен на заседание Совета безопасности. Мы обсуждали, естественно, все нюансы этого решения, понимая, какую реакцию мы получим. Но в данном случае и другие коллеги по Совету безопасности меня также поддержали», — добавил Медведев. Он напомнил, что 26 августа 2008 года подписал указ о признании государственной независимости, суверенитета Южной Осетии и Абхазии.

На вопрос о том, можно было бы отложить решение данного вопроса, Медведев ответил, что оно бы не решило проблемы, поскольку любое подвешенное решение «оставляет поле или пространство для силовых действий».

«Если это независимые территориальные образования, если это государства, с которыми у нас есть договоры и с которыми у нас существуют соглашения о размещении там нашего воинского контингента, то тогда всё ясно, никто ничего против них не будет делать. Все понимают, что дороже связываться с Российской Федерацией, чем проводить в жизнь какие-то утопические идеи. А если это подвешенная ситуация, значит, тогда можно периодически провокации какие-то совершать, рассчитывать на то, что в результате каких-то очередных дурацких военных кампаний удастся что-то оторвать и так далее», — пояснил мысль Медведев.

«А с учётом того, что во главе Грузии в тот период стоял такой несбалансированный в психическом смысле человек, как Михаил Саакашвили, другого варианта просто не было. Может быть, если бы там было другое руководство, можно было что-то и обсуждать. Но я уверен, что другое руководство просто не приняло бы такого безобразного решения о нападении на стариков и детей, нападении на российских миротворцев и, по сути, объявлении войны Российской Федерации», — добавил премьер.