Закон о суверенном Рунете успешно протестировали

0

Закон о суверенном Рунете убережёт российскую «паутину» от возможных внешних посягательств, идентификация пользователей электронной почты не станет для них дополнительной обузой, а надёжно защитит от лжетеррористов и спамеров. Автор одних из самых резонансных законопроектов весенней сессии российского парламента, председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас в пресс-центре «Парламентской газеты» раскрыл суть внесённых и уже принятых его инициатив. А также признался в способности выдержать любое давление при отстаивании своей точки зрения и единственном верном способе его переубедить.

Угроза есть, должна быть и защита

Если закон не вызывает определённого резонанса, скорее всего, такой закон не нужен, убеждён Андрей Клишас, потому что изменения в законодательстве должны приниматься исключительно по общественно значимым запросам.

«Когда закон имеет общественный отклик, это говорит о том, что закон попал в точку, он затрагивает какие-то действительно значимые для государства и общества вопросы. И это достаточно важная составляющая легитимности любого закона», — пояснил глава комитета.

Всё это в полной мере применимо к наиболее обсуждаемому закону весенней сессии парламента — о суверенном Рунете (подписан Президентом РФ в марте). Тема активно обсуждалась на многих площадках с привлечением экспертов и общественности, в ходе которых высказывались опасения по поводу потери доступа к информации и утраты свободы перемещения по полюбившимся интернет-страничкам. Закон приняли, и ничего не случилось. Всё осталось, как есть.

По-другому и не могло быть, рассказал Андрей Клишас. Ведь прежде чем выносить на обсуждение чувствительную для россиян тему, в одном из крупных регионов России был проведён эксперимент. На отдельно взятой территории в определённый момент было задействовано специальное оборудование, которое перевело Сеть в режим суверенного Интернета. Никто из жителей региона не почувствовал этого перехода — скорость обмена информацией, доступ к страницам Instagram и Facebook остались на прежнем уровне комфорта. Это, по сути, и является главным техническим доказательством необоснованности упреков тех, кто усматривает в законе пугающие запретительные свойства.

«Закон не об ограничениях, а о защите Рунета, — подтверждает Клишас. — Он предусматривает поставку за государственный счёт оборудования операторам, которое обеспечит устойчивость российскому сегменту Интернета в случае внешней угрозы. В частности, угрозы внешнего отключения, что было реализовано США в Сирии».

Оценивая вероятность угрозы отсечения России от Интернета, Андрей Клишас назвал её реальной.

«Велика ли угроза начала ядерной войны в мире? Различные могут быть оценки, однако если такая угроза есть, то Российская Федерация, как суверенное государство, должна противопоставить этому определённые военные возможности, — отметил сенатор. — Точно так же и с Интернетом. Это огромная отрасль российской экономики. И поэтому, если есть возможность повернуть некий ключ, вырубить эту отрасль, на которую завязаны многие инфраструктурные объекты и государственные услуги, то должна быть возможность существенную часть этого сегмента сохранить и оставить в рабочем состоянии».

Велика ли угроза начала ядерной войны в мире? Различные могут быть оценки, однако если такая угроза есть, то Российская Федерация, как суверенное государство, должна противопоставить этому определённые военные возможности. Точно так же и с Интернетом.

Парламентарий также напомнил, что закон в силу ещё не вступил, и для того чтобы оценить масштаб грядущих преобразований и все необходимые бюджетные вливания для их осуществления, нужно дождаться осени, когда появятся подзаконные акты. «Я думаю, в октябре появятся все подзаконные акты, в которых будут более подробно описаны механизмы реализации ряда положений закона», — сказал Клишас.

Как защититься от лжетеррористов

За последние несколько месяцев спецслужбы Москвы и Московской области приняли более двухсот анонимных сообщений о минировании театров и торговых центров. Все они, к счастью, оказались ложными, но для предотвращения последствий теракта были задействованы силы и технические средства, соответственно, государство потеряло уйму денег. Таким «потерям» можно было бы только порадоваться, если бы угроза оказалась реальной и была предотвращена. Однако силы и средства были потрачены зря — сообщения о минировании оказались ложными. Даже при том, что все они шли с одних и тех же электронных почтовых ящиков, вычислить лжетеррориста очень трудно. Куда легче его можно было бы идентифицировать, если бы к его почтовому аккаунту был привязан реальный телефонный номер.

Именно поэтому 23 июля глава Комитета Совета Федерации Андрей Клишас вместе со своими заместителями Людмилой Боковой, Александром Башкиным и Александром Карлиным внесли на рассмотрение Госдумы законопроект, согласно которому пользоваться электронной почтой в России смогут только идентифицированные по телефонному номеру пользователи. Это, по мнению парламентария, поможет решить не только проблему лжетеррористов, но и радикально бороться со спамерами.

Документ, в том числе, обязывает организаторов сервисов электронной почты ограничивать передачу электронных сообщений, которые содержат запрещённую к распространению информацию. Речь, в частности, идёт о распространении ложных угроз совершения терактов, которые поступают на электронные адреса органов власти и объектов инфраструктуры. Предполагается, что принятие закона позволит создать правовые условия для привлечения злоумышленников к ответственности, а также сократит экономический ущерб от таких сообщений.

Андрей Клишас пояснил, что законопроект не предлагает никаких новшеств, так как идентификация обязательна по Закону «О связи», а наказание для тех, кто ведёт рассылки, предусмотрены в Уголовному кодексе. «Наша задача — защитить права граждан, обеспечить блокировку рассылки такой информации с электронных ящиков. То есть юридический механизм будет точно такой же, как для мессенджеров», — уточнил законодатель.

Сенатор рассказал, как будет действовать закон на практике. Так, например, в случае поступления на e-mail, скажем, директора театра сообщения о минировании, тот должен будет сообщить об этом в ФСБ (вопросы террористической угрозы относятся к компетенции ФСБ). Сотрудники спецслужбы, в свою очередь, обратятся к оператору связи, имеющему на руках договор с компанией, предоставляющей услуги электронной почты, который блокирует почтовый ящик — источник незаконной рассылки.

«В нашем законе нет ничего сложного, он чрезвычайно прост. Поскольку он явно в интересах граждан, механизм этот уже отработан, в отношении мессенджеров он функционирует, ни у кого не вызывает вопросов с точки зрения его конституционности и эффективности, я думаю, что нам ничего не будет мешать… принять его в ходе осенней сессии», — спрогнозировал Клишас.

Поскольку проект явно в интересах граждан, ни у кого не вызывает вопросов с точки зрения его конституционности и эффективности, ничего не будет мешать принять его в ходе осенней сессии.

При этом сенатор отметил, что если у экспертов будут вопросы, законодатели готовы обсуждать их столько, сколько потребуется. Тем более что спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко на пресс-конференции, посвящённой итогам весенней сессии, обратила внимание на необходимость подключения к широкому обсуждению темы всех заинтересованных сторон.

Универсальный интернет-закон невозможен

Закономерным следствием всех превентивных инициатив в сфере защиты интернет-коммуникаций читатели «Парламентской газеты» видят в принятии некоего глобального закона об информационной безопасности, который позволил бы отойти от купирования то и дело возникающих цифровых неурядиц, а разом и на все времена их устранить.

Андрей Клишас с такой постановкой вопроса не согласен. Глобальный закон в сфере информационной безопасности он считает утопией на сегодняшний день.

«Невозможно такой закон написать. Скорость развития интернет-отрасли такова, что каждый год появляется много нового, в чём мы с трудом пытаемся разобраться и понять, как это регулировать. Принять, условно, какой-то единый кодекс, универсальное регулирование сетевой сферы — это абсолютно утопично и невозможно сделать. Во всяком случае пока даже и пытаться не нужно. Необходимо решать те задачи, которые стоят на повестке», — сказал сенатор.

К тому же, по мнению законодателя, на рассмотрение такого закона потребуется много времени, и не факт, что инициатива к моменту принятия не устареет.

«Гражданский кодекс, внесённый президентом, мы принимали в течение нескольких сессий по главам, а что будет с кодексом функционирования Сети, мне даже, честно говоря, страшно себе представить», — резюмировал Клишас.

Он заметил, что целесообразнее пока попытаться понять, с помощью каких юридических механизмов сегодня можно регулировать данную сферу общественных отношений, при этом не затрагивая правоотношения, которые сложились в части охраны прав и свобод. Кроме того, парламентарий напомнил, что и на международном уровне единых универсальных правовых механизмов регулирования Сети не создано.

Кто такие, эти злые собаки?

При всей своей внутренней убеждённости при отстаивании уместности той или иной законодательной нормы Андрей Клишас, между тем, открыт для диалога, и поколебать его убеждения может вполне убедительный контраргумент.

«Я готов их слышать, реагировать, а не отмахиваться от них. Но я не люблю аргументов, которые состоят из неких невнятных образов. Это не аргументы, это эмоции. Любой аргумент можно положить на бумагу и сформулировать в юридических понятиях», — уточнил сенатор.

К сожалению, для него, пожалуй, самого известного собачника среди российских парламентариев, такого аргумента не нашлось в законе об ответственном обращении с животными, принятом в прошлом году. Тем не менее Клишас поддержал его нынешние правовые последствия, а именно утверждённый 30 июля Правительством перечень потенциально опасных пород собак.

«Если согласиться с тем, что существуют потенциально опасные породы собак, которые прописаны в законе об ответственном обращении с животными, против которого я, кстати, голосовал из-за невозможности выполнения отдельных норм, то с Правительством можно согласиться и даже сказать спасибо, — подчеркнул парламентарий. — В этом перечне — в основном метисы. Справедливости ради стоит сказать, что мы хуже понимаем поведенческие особенности этих пород. Я знаю, что российская кинологическая федерация в принципе поддержала такой короткий список. Он вызывает у людей наименьшее количество возражений».

Если согласиться с тем, что существуют потенциально опасные породы собак, которые прописаны в законе об ответственном обращении с животными, против которого я, кстати, голосовал из-за невозможности выполнения отдельных норм, то с Правительством можно согласиться и даже сказать спасибо.

Перед тем как принимать список, отметил законодатель, кабмин проконсультировался в МВД, Минприроды, Минсельхозе и Минюсте. В Правительстве при этом уточняют, что в случае появления новых потенциально опасных пород собак утверждённый перечень будет расширен.

Напомним, в перечень потенциально опасных вошли 12 пород: акбаш, американский бандог, амбульдог, бразильский бульдог, булли кутта, бульдог алапахский чистокровный (отто), бэндог, волко-собачьи гибриды, волкособ (гибрид волка), гуль дог, питбульмастиф, северокавказская собака, а также их метисы, в генетике которых заложена агрессия.